impudent_squaw (impudent_squaw) wrote,
impudent_squaw
impudent_squaw

О том, как Бух-бух и волк Фенрир хотели открыть свое казино (Сиквел к "Красоте")

     В сиквеле к "Красоте по-индейски" использованы посты Ивы и Достоевского из ветки Ивы "В эпоху свершений", стихотворение Тинки "Мы с собачкой", произведение M@... просто М@ "Душераздирающая ЛАВСТОРИ!!!!!!!!", эпиграмма 7/3 оттуда же, произведение Светланы "Тебе надо принять мою страсть к бесконечной свободе", стихотворение Тайши "Зима, оскалясь на прощанье". Образец утраченной письменности Могавка Пасюка- стихотворение украинского поэта Степана Руданського "Привитання" ("Приветствие"). Кстати, племя Могавков (Mohawk ) действительно существует - отсюда пошло название панко-готической прически. Мотоцикл марки “ Indian” представлен здесь -http://www.indianmotorcycle.com/, в 2008 году поступит в продажу  Indian Chief (Индейский Вождь) - очень интересный дизайн, Бух-бух же с Фенриром катались на образце 2003 года.
    Излишне говорить, что отношение индейцев к венку сонетов Фенрира и Хуана никак не отражает отношение автора к "венку сонетов" на ПП.
 
     После свадьбы Бух-буха и Пчелы прошло несколько месяцев. Новобрачные были довольны жизнью. Талимис переехала к шаману Еноту Две Глотки, и они должны были вскоре пожениться. Молодожены на время въехали в вигвам Талимис, но им хотелось построить собственный вигвам, побольше. Втайне Бух-бух лелеял честолюбивую мечту - построить для Пчелы не вигвам, а дом. Настоящий дом с камином, со спальней и детской. У него сохранились   воспоминания о домах, которые он видел в пригородах Нью- Йорка - с крылечком, настоящей трубой, а не дыркой в крыше, с палисадником за белой оградой из штакетника. Он довольно смутно представлял себе, сколько это будет стоить, но знал- много. Чтобы быстро сделать такие деньги, надо открывать свой бизнес. И Бух-бух решил открыть казино. Он периодически читал старые газеты, которые привозили на ярмарку на поселковой площади бродячие торговцы, и знал, что казино сейчас открывают все.
    
      Надо быть или очень глупым, или очень ленивым, чтобы не открыть казино и не заработать деньги, с которых к тому же не надо было платить налоги. Бух-бух и так не платил налоги, ему просто в голову бы такое не пришло. Не для того он уехал из Манхэттена. Он тщательно продумал бизнес-план. Чтобы получить вожделенные деньги на открытие казино, надо было объявить поселок резервацией. Чтобы объявить поселок резервацией, надо было доказать, что они индейское племя. Чтобы доказать, что они индейское племя, надо было показать себя и образец утраченной индейской письменности своего племени. Себя показать было легко. С образцом письменности было сложнее. По-индейски Бух-бух знал плохо, потому что в школу ходил в Манхэттене, и выражал себя в основном на языке бледнолицых, а писать по-индейски не мог вовсе. То есть письменность действительно была утрачена, но, с другой стороны, требовали принести ее кусочек- типичная логика бледнолицых. Он посоветовался с волком Фенриром, и тот предложил выход- принести в райцентр, где помещалось Управление по Индейским Делам, что-то, написанное Фенриром - например, венок сонетов. Волк  тоже творил на языке янки, но ввиду того, что писал лапой, почерк у него был неудобочитаемый, и вполне могло сойти за древнюю индейскую письменнность. 

    В последнее время волк Фенрир и попугай Хуан сильно  увлекались   писанием этого венка сонетов, и толпа индейцев издавала дружный коллективный стон, когда они появлялись на читку стихов. Индейцы знали, что конца сонетам не будет видно, но деваться им было некуда- волк Фенрир был персональным пенсионером и спасителем факавейцев, и они покорно слушали, зевая в сторону.
 
Волк Фенрир начинал:              
 
                                    Волчицы слаще нет лобзаний,
                                    Твою Ом мани падме хум!
                                    Вам не понять моих терзаний,
                                    Что рифма не идет на ум,
                                   
                                    Когда Клаудиины чары 
                                    Застили солнце и луну.
                                    Я вижу лишь ее одну
                                    В полете чайки и гагары...
                                     
                                     Она- во мне! Срываясь, брежу
                                     И вновь хочу вернуть свой бред
                                     Она же щерится все реже ,
                                    Так как Фенрир- её поэт!
                                     Она гордится волком нежным
                                     На самой лучшей из планет.
                                        
   Попугай Хуан продолжал:
 
                                       На лучшей из моих планет
                                       Не видно звезд из-за тумана
                                       Кому по мане хум падме,
                                       Другому ж  нА хум эта маня
                                       
                                       По фене ботаю я всласть,
                                       Но я устойчивый морально -
                                       К прекрасной попугайше страсть
                                       Во мне гнездилась пренатально
                                        
                                       Так думал я в плену вериг,
                                       Пытаясь вырваться из клетки,
                                       И к Хуаните в этот миг
                                       Хотел в мечтах вспорхнуть на ветку.
                                       Я жду тебя! Мой пыл велик-
                                       Амур стрельнул в Хуана метко!
 
      И таким образом они могли нестись сонетами бесконечно. Когда кто-то намекал, что венок несколько растянулся, и вот даже как бы несколько душит, и хорошо бы послушать кого-то еще, попугай Хуан строго делал слушателю замечание, что-то вроде: "Стихозу всю, что мне по нраву, издам я книгой, и конец! Мне безразлично, кто здесь правый. Идите все! Я- молодец!"

И венок продолжал плестись, и они продолжали славить в стихах волчицу Клаудию и попугайшу Хуаниту- по очереди.
 
   Бух-бух и верный ему волк отправились в путь на рассвете. Бух-бух скакал на одной из подаренных на свадьбу лошадей, рядом бежал Фенрир. Можно было взять мотоцикл, приобретенный Бух-бухом на одной из поселковых ярмарок, потому что на мотоцикле ехать быстрее, чем на лошади. Но мотоцикл что-то барахлил. Последний раз, когда Бух-бух выехал покатать волка Фенрира (волки вообще очень любят кататься), у мотоцикла отказали тормоза. Они долго препирались на скорости 100 миль в час. Бух-бух стаскивал с себя шлем и пытался нахлобучить его на голову волку Фенриру, сидевшему на заднем сиденье. Он говорил :"Можешь снять мой шлем и надеть его на себя? Он мне надоел! Ты будешь отцом, тебе надо жить!" Фенрир, который действительно ожидал прибавления в семействе, героически отпихивал шлем и уверял, что он и так выживет, а Бух-бух недавно женился и пусть падает в шлеме. А он, Фенрир то есть, будет просто крепко держать Бух-буха за талию. В последний момент тормоза сработали, но крайне резко, и оба приземлились в муравейник. Хорошо, что мотоцикл был Indian, такая марка не подведет, а не Harley - Davidson , а то росли бы волчата без отца и Пчела бы осталась молодой вдовой.
             
    Бух-буха несколько смущало, что Енот Две Глотки категорически не одобрил план открытия казино. Когда он пришел к шаману поинтересоваться, что духи думают по поводу его бизнес-плана, духовный наставник племени пришел в невероятную ажитацию. Он впал в священный транс, даже не раскурив трубку со священной травой, вышел из него почти моментально, и сообщил, что духи не хотят казино в поселке. От казино будут одни неприятности- оно привлекает лихих людей, а также женщин с цыганской натурой и страстью к бесконечной свободе и очень пристальным взглядом. Шаман Енот Две Глотки знал, к чему это приводит - он отдыхал в Дельфах с любителями баккара и поклонниками женщин с таким взглядом. Не надо казино, пусть уж лучше грусть заполняет мечты. Но Бух-бух решил, что духи тоже могут ошибаться, решил шамана не слушать и посчитал его ретроградом.
 
 
   Они несколько раз заблудились в поисках райцентра, в который индейцы никогда не выбирались. Бух-бух скакал по зимнему лесу, укутанному снегом, и ему казалось, что он скачет по тропе войны. Зима, оскалясь на прощанье, выслала войско свирепых морозов. Она лютовала, умирая, но тщетны были все её старанья. Ей вышел срок. Весна приближалась, ее неслышные шаги были безудержны и невесомы, неотвратимы и легки. Но пока она, весна то есть, только томилась в предчуствии снов,  зима продолжала себя вот так наступательно вести. В общем, a la guerre comme a la guerre  (в переводе с индейского- в лесу как в лесу). Но все-таки они в конце концов добрались до райцентра. Волк Фенрир вдыхал незнакомые запахи- он никогда не был в городе. Запахи незнакомой пищи, автомобилей, домашних животных, чего-то еще, что он не мог обозначить- и они ему не нравились.
 
      Управление по Индейским Делам размещалось в двухэтажном кирпичном здании в центре поселка. Также там размещалось несколько управлений по борьбе с чем-то и управление по делам эмиграции. Никто в такую глушь не эмигрировал, конечно, но управление все равно было.
 
   Бух-буху и Фенриру выдали бланк заявления и послали на второй этаж, к оффису 10А. Очередь была порядочная: кому только в наше время не хочется открыть казино. Открывать казино было так же модно, как объявлять себя отцом ребенка Анны Николь Смит. Но Бух-бух полтора года назад уже жил в лесу, и поэтому никак не мог оказаться около общительной Анны Николь. А волк Фенрир в это время лежал раненый после схватки с Беовульфом и уж тем более никак не мог быть отцом ребенка Анны Николь. Так что эту возможность они даже не рассматривали.
     
     Некоторые из томящихся в очереди выглядели по-индейски, а некоторые - не очень. Дело шло ни шатко ни валко, а потом был ланч, и вообще никого не принимали. После ланча все пошло побыстрее, и сидевший рядом с Бух-бухом Сиу наконец собрал свои бумажки и вошел в кабинет.
 
   Бух-бух с Фенриром приободрились: еще десять минут - и вот она, цель. Дверь в конце коридора отворилась, и вошел , вернее- вбежал  высокий черноволосый мужчина. Он всматривался в таблички на дверях кабинетов, и, наконец, найдя 10А, остановился. Посмотрел на часы, на Бух-буха, потом на Фенрира. "Браток",- умоляюще сказал он, обращаясь к Бух-буху. "Вы меня без очереди не пропустите? Никогда бы не попросил, но самолет в Киев через четыре часа, и так вряд ли успею. Плиз, умоляю, как индеец индейца!"  Незнакомец говорил на смеси английского с каким-то незнакомым Бух-буху языком, и понимал он его с трудом. Пропускать его без очереди не хотелось, а с другой стороны - столько уже просидели, лишние десять минут ничего не изменят. Вух согласился- проходи, воин, раз такое дело. Волк Фенрир вздохнул, но спорить не стал. Ему хотелось домой, к волчице Клаудии, но почему не сделать доброе дело, если человек опаздывает на самолет?
  
"А Вы из какого племени будете, откуда?"- спросил Бух-бух.
 
" Та Могавк я, с Полтавщины. По батьке я Могавк, он у нас в холодильном учился, приезжий, мама местная. Он прическу такую носил, гребешком, одноименного названия. Вот, вспомнил свои корни я и хочу открыть тут казино,- охотно объяснил незнакомец. - Мотаюсь вот туда- сюда, дома свой бизнес и здесь хочу открыть. Деньги нужны очень, дом строю. Пасюк фамилия, звать Грицько". Бух-бух представился, представил Фенрира. Незнакомец и Бух- бух обменялись рукопожатием. Могавк Пасюк протянул руку, хотел погладить волка Фенрира, но передумал. "А Вы образчик утерянной индейской письменности принесли?- спросил Бух-бух. - Если с собой нету, так  и грант не дадут". "А как же!"- ответил Пасюк.Он достал из кармана сложенную вчетверо бумажку, развернул, показал Бух-буху. Буквы выглядели интересно, написано было в столбик. "Стихи!"- сказал Могавк Грицько с гордостью и прочел:

                                   Наварив багач, напік:
                                   Батюшку чекає.
                                   Батюшка лиш на поріг —
                                   От він і вітає:
                                 «На тепленьке, в добрий час!
                                   Тілько що зробили...
                                   Та де ж то ви так були,
                                   Батюшечко милий?
                                   А тут тілько гавкне пес,
                                   Свиня зарохкоче,—
                                   Так і думають усі,
                                    Що то ви, панотче!
                                    Спасибі ж вам, що прийшли!
                                   Пийте гріту з перцем...
                                   Ріжте собі печінки...
                                   Крайте собі серце!
                                   А заким то подадуть
                                   Печеного зайця,
                                   Не сидіте, прошу вас,
                                   Лупіть собі яйця!»
 
     Звучало красиво, хотя, конечно, непонятно было -  о чем. Бух-бух с волком Фенриром растрогались: куда только индейцев не заносит, и всюду они занимаются стихотворчеством. Действительно, грех было не пропустить без очереди своего брата, индейского поэта Пасюка. И не пожалели- с Могавком Пасюком в оффисе 10А разобрались быстро, дело действительно заняло минут десять, он выскочил из кабинета, помахал им рукой, и быстро побежал к выходу.  Бух -бух и Фенрир вошли наконец в вожделенный кабинет.
 
     Пожилой лысый чиновник, сидевший за необъятным столом, принял у них заявление, пробежал его глазами, бормоча- так, Факавеи, хорошо, исход из Манхэттена, очень хорошо. Он задержался взглядом на волке Фенрире. "Волосат для индейца несколько",- заметил он. Бух-бух с очевидным фактом не стал спорить. "Фамилия его не указана",- заметил чиновник. "У меня нету фамилии",- с достоинством ответил Фенрир. "Фамилии не знаете своей, индеец? Вы немного того - отсталый, то есть, извините, альтернативно одаренный? Ничего, для гранта неплохо, у нас квота для таких есть". Чиновник попросил образец письменности, ему вручили венок сонетов. Он посмотрел на Бух-буха через очки: "Каракули-то какие! Как лапой писали!" Никто ему не возразил. Он аккуратно сложил бумаги в стопочку,  вытащил длинный список, углубился в него и вдруг погрустнел. "Факавейцы, извините, но в этом квартале ничего не получится! Последний грант отдали Могавку перед вами, у нас квота, все выбрано. Приходите в следующем, а лучше- осенью! Гуд бай!"
 
 
    
    Они вышли из Управления по Индейским Делам расстроенные. Последний грант забрал Могавк Пасюк- вот она, цена благородства! Ничего не поделаешь- надо было ехать домой. Так и потеряли день.
 
     Oбратный путь занял в два раза меньше времени, чем путь в райцентр- волк Фенрир бежал по их собственным следам, и они добрались домой без приключений. Бух-бух был не в духе, а Фенриру стало как-то все равно- его ждала в логове волчица Клаудия. Он волновался - потерял столько времени и не успел поохотиться, а в последнее время  Клаудия капризничала и  воротила нос от всего, в том числе "Ройял Канина".
    
      Круглая, отяжелевшая Клаудия лежала около джакузи, наблюдая за закатом солнца, и была, видимо в неплохом настроении. "Талимис заходила, принесла куриного супа, я пожевала чуть-чуть",- сообщила она. У Фенрира отлегло от сердца. Он устал, и на охоту идти не хотелось. 

    "А еще кто заходил?
”- поинтересовался он. "Бадди заходил, который в упряжке Седого Бобра бегает",- ответила Клаудия. "Стихи принес, сказал - посвящены Селиции. Ну вот этой, знаешь, рыжей- спит со всеми, кому не лень, блудливая такая, и на небо таращится все время. Одно и умеет делать, хвост перед кобелями поднимать,  прямо собака Баскервилей какая-то",- брюзжала Клаудия.  Никаких теплых чувств к сучкам со страстью к безграничной свободе у волчицы Клаудии не было, а рыжую Селицию она вообще по какой-то странной причине терпеть не могла. "У тебя, случайно,  с ней ничего не было в прошлом году, пока я, это.....в капкане сидела?"
 
       Фенрир с чистой совестью доложил - нет, не было, Клаудия, как ты можешь так думать? И не соврал, и на душе у него было от этого легко. Как он был благодарен природе, что в прошлом году с ним случился облом в кустах у реки и он сохранил верность волчице Клаудии! Но все-таки eму хотелось уйти от скользкого предмета разговора. Ему смутно казалась, что Клаудия что-то напутала насчет собаки Баскервилей и она на самом деле была не такая распущенная. А может быть, это вообще был кобель. Но меньше всего ему хотелось раздражать подругу поучениями. Да и какая разница. Вполне возможно, что собака Баскервилей прихватывала там и сям, сколько же можно в одиночку бегать с воем по болотам. Ему, например, повезло с волчицей, но не у всех же так удачно складывается жизнь. Он сел читать стих Бадди, вожака стаи, принадлежащей Седому Бобру. Стих назывался " Мы с собачкой".
 
                       Мы с собачкой ходим в паре,
                       Мы с собачкой дружно спим.
                       Мне без рыжей жизнь в кошмаре.
                       Пёс не может жить один!
 
   " Каждая собака теперь пишет про любовь. Он что- костью подавился, Бадди то есть, такое предлагать? ",- возмутился Фенрир. "Не пойдет это в венок сонетов, и даже Хуану показывать не буду- засмеет. Во-первых, это не сонет, во-вторых, такое в венок тащить- только магистрал портить Пся крев!" (в переводе с индейского- кобель бездарный). 

    "Не бери",- согласилась волчица Клаудия. "А что с него взять,  с Бадди-то? Какая Муза, такие и стихи".
 
      Фенрир рассказал ей о неудачном походе в районный центр. Волчица Клаудия с удовольствием напомнила ему-вот,  пожалуйста, она, как всегда, была права насчет казино. Ей с самого начала эта история казалась дикостью. Зачем гнаться за чем-то, когда и так все есть? Глупо. Факавейство такое. Надо отдать должное волчице Клаудии- она действительно была равнодушна к материальным благам - ей не нужны были наряды, и удобное логово под джакузи ее тоже вполне устраивало.
 
    Солнце зашло, и пора было идти в  спать. Волчица Клаудия долго кряхтела, устраивая свое располневшее тело поудобнее  на подстилке из веток, накрытых оленьей шкурой . Фенрир уткнулся носом в ее теплый бок, стараясь не причинять ей беспокойства, и, засыпая, в который раз подумал, как ему все-таки повезло с подругой.
Tags: креатифф
Subscribe

  • Ladies and germs,

    а шлепните, если не лень, по ссылке ЛЮБОЙ вопрос для развлеканцев? Завтра ответим (а не успеем так через несколько дней). Можно анонимно, не…

  • Бабушка, почему у тебя такие большие зубы?

    Вот кто отлынивает от чего-то, как например я от уборки, ремонт же, кафель отбили, горшок с корнем выдернули, сваи поменяли и пр, все засрали,…

  • Имейлом прибило - 1000 лет за 3,5 минуты FW

    Необычайно интересно разглядывать изменения в территориях государств в результате войн и завоеваний (territorial changes of the states as the…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments

  • Ladies and germs,

    а шлепните, если не лень, по ссылке ЛЮБОЙ вопрос для развлеканцев? Завтра ответим (а не успеем так через несколько дней). Можно анонимно, не…

  • Бабушка, почему у тебя такие большие зубы?

    Вот кто отлынивает от чего-то, как например я от уборки, ремонт же, кафель отбили, горшок с корнем выдернули, сваи поменяли и пр, все засрали,…

  • Имейлом прибило - 1000 лет за 3,5 минуты FW

    Необычайно интересно разглядывать изменения в территориях государств в результате войн и завоеваний (territorial changes of the states as the…